My CMS

Часть 1. Гримёрная зеркальных иллюзий В душной гримёрке пахло лаком для волос, дешёвым коньяком и чужим успехом. Роман, ведущий мероприятий средней руки, которого амбиции распирали куда сильнее, чем талант, крутился перед зеркалом. Он поправлял бабочку, сдувал несуществующие пылинки с лацкана пиджака и репетировал ту самую улыбку, которая, по его мнению, должна была открывать любые двери … Read more

Эдуард сидел за кухонным столом, методично намазывая масло на хлеб. Движения его были размеренными, словно он обсуждал погоду, а не кардинальные изменения в их жизни. — На диване в гостиной, — спокойно ответил он, откусывая кусок бутерброда. — Это временно, Света. Месяц-два максимум. Светлана опёрлась о кухонный гарнитур, пытаясь осмыслить услышанное. Они снимали эту квартиру … Read more

Февраль 1948 года в Зауралье выдался лютым не по календарю, а по какому-то древнему, доисторическому праву зимы на эту землю. Мороз не просто стоял — он властвовал, он диктовал всему живому свою непреклонную волю. Дышал такой стужей, что воздух становился хрупким, звонким, как тончайшее стекло; каждое слово, сказанное на улице, рассыпалось облачком мельчайших ледяных кристаллов … Read more

Пробуждение было мучительным, будто её вытаскивали не из сна, а из вязкой, ледяной трясины. Майя попыталась разлепить веки, но перед глазами всё плыло, а виски сдавливала тупая, пульсирующая боль. В нос ударил запах затхлой сырости, смешанный с едкой химической вонью машинного масла и старой кровью. Где она? Мысль, острая как осколок стекла, пронзила затуманенное сознание. … Read more

Евгения Павловна Колганова никогда не думала, что в свои пятьдесят три года будет работать сторожем на городском кладбище «Старые Сосны». Тридцать лет она отдала школьной библиотеке, перебирая пыльные книги, приучая детей к тишине и порядку. Но когда муж ушёл к молодой продавщице из ларька, а сбережения растаяли, как прошлогодний снег, выбирать не приходилось. — Чего … Read more

Спустя полгода совместной жизни мужчина (52 года) попросил денег. Тогда я ещё не понимала, чем это кончится В сорок шесть я не думала, что снова кому-то понадоблюсь. Дочка училась в другом городе, сын женился и съехал к теще. Дома тишина такая, что слышно, как холодильник гудит. Вечером приходишь с работы, разогреваешь ужин на одну персону, … Read more

Часть 1. Ритуал духоты Воскресенье в доме Алины и Льва начиналось не с солнечных лучей на подушке и не с ленивого потягивания, а с давящего, липкого ощущения неизбежности. Это чувство напоминало зубную боль, которая пока не острая, но уже ноет где-то в десне, предвещая мучительный визит к врачу. Только вместо стоматологического кресла Алину ждал старый, … Read more

Я стояла перед зеркалом в спальне, застегивая белую блузку, которую не надевала уже шесть лет. Руки дрожали. На столе лежала папка с эскизами — мой проект загородного дома, над которым я работала по ночам последние два месяца. Сегодня заканчивался прием заявок на конкурс. — Ты куда собралась? — голос Аркадия прозвучал из дверного проема резко, … Read more

Таисии было двадцать пять. Она ютилась в крошечной студии на окраине промышленного Заозёрска, работала санитаркой в хосписе «Тихая гавань» и каждую ночь, проваливаясь в неглубокий тревожный сон, видела себя у операционного стола. Не с перевязочным материалом в руках — а с хирургической иглой и пинцетом, чтобы зашивать сосуды и спасать то, что другие считали безнадёжным. … Read more

Настя закопала деда Матвея в пятницу. Не плакала. Старик говаривал: слёзы в горах — соль для ран зверя. Чует ослабшего за три хребта. Стоял исход сентября. Лиственницы уже осыпали землю золотой чешуёй, рябина налилась горькой ягодой по распадкам, а по утрам с ледников тянуло таким холодом, что трава хрустела под ногой. Настя знала: надо торопиться. … Read more